Инженер

Приключения программиста в мире магии и чародейства. В современном мире.

2022

Эд Нерский (UNera)

Часть 11. Перерождение

Перерождение

Конструкты принесли нам информацию о том, что второй Центр в Омске находится где-то в направлении аэропорта. Но когда мы отправились туда, оказалось, что совпадает только направление.

Сам Центр располагался за городом, на территории какого-то бывшего совхоза. Кусочек иллюзии в виде заброшенной промышленной постройки, окружённый полями. На небольшом удалении от Центра проходит шоссе, однако к самому Центру нет никакой, даже грунтовой, дороги. Если, конечно, не брать в расчёт поля.

Мы бросили машину километров за пять от Центра и двинулись к нему пешком.

Я только что собрал очередную жатву Синевы. По моим подсчётам, для проведения акции “Много магов в одном месте” достаточно. Двести четыре гигаджоуля уже есть. Когда доберёмся до Новосибирска, у нас будет около двухсот двадцати гигаджоулей.

– Что будем делать с избытком? – спросил я Свету. – По идее, можем начать расходовать её на себя. Но когда мы делали Полтергейст-М, у меня возникла идея, хочу её проверить.

– Что за идея? При чём тут полтергейст?

– Мы ограничили его в уровнях. А я вот думаю, надо бы посмотреть на Риту или Драко, если они будут, ну скажем, двухсотого уровня. Вполне может оказаться, что куда полезнее значительно повысить уровень фамильяра по сравнению с уровнем носителя, нежели немного увеличить уровень носителя.

К тому времени, как мы попадём в Новосибирск, у нас будет двадцать лишних гигаджоулей Синевы. Этого хватит, чтобы поднять уровень нас обоих до тридцать второго. Но если поднимать уровень Риты и Драко, то этого хватит на то, что у каждого из них будет уровень около двухсот пятидесятого!

Возможно, это не принесёт нам никакого профита. А может быть, даст такой качественный скачок, который перекроет все потери. Что думаешь?

– А если мы всю Синеву потратим на себя, какой уровень у нас получится?

– Где-то пятьдесят пятый. Примерно как у Стёпы сейчас.

– У Драко и Риты тоже будет такой же?

– Да. А почему ты спрашиваешь о Синеве? У тебя какой-то новый план созрел?

– Нет, плана у меня нет, – ответила Света. – Я примерно пытаюсь представить, до чего Рита может развиться с нами.

– Чтобы нам развиться до двухсот пятидесятого уровня, надо сто тераджоулей Синевы. Пока это где-то за горизонтом событий. А вот посмотреть на то, какими станут Рита и Драко при этом уровне, мы можем уже сейчас. На всей же Синеве, что мы собрали, Рита и Драко могут достигнуть пятисотого уровня. Это какой-то запредел.

Если соотношение по уровням сохраняется, то я думаю, что даже их Великий вряд ли достиг сотого уровня.

Но опыт Степана и наш показывает, что уровень сложности можно повышать не только Синевой, поэтому неизвестно, какой у Великого уровень.

Ну что, попробуем апнуть Драко и Риту?

– Ты прямо сейчас хочешь это сделать?

– А что нас держит? Давай сейчас. Прилетит накопитель, и запустим процесс.

Я вызвал нашего сборщика. Он всегда барражирует на высоте несколько километров над землёй. Вынул из него два конструкта по десять гигаджоулей Синевы, и мы раздали Синеву Рите и Драко.

Заодно хотелось посмотреть, как будет влиять такое огромное количество Синевы на аурный организм. Надеюсь, что не фатально.

– И всё-таки надо подумать про остаток Синевы, – задумчиво сказала Света. – Может, лучше нам поднять свой уровень?

– Эм… Тут у меня такие размышления. Давай представим, что нас завтра убьют.

– Ты опять?!

– Нет, я не про пророчество этого колдуна. У меня эти соображения были и до него. Итак, нас завтра убивают. Что остаётся? Очередные два человека, обнаружившие у себя дар, мертвы. История продолжается так, как продолжалась до этого сколько-то сотен, а может, и тысяч лет.

Теперь рассмотрим вариант, что мы подымем уровень до пятьдесят четвёртого обоим или до шестьдесят пятого кому-то одному. Защитит ли этот подъём нас от смерти? Нет. Ты убивала магов, даже не будучи магом. Снизит вероятность убийства? Да. Но у них есть и сильные маги. Вот Козёл, например, был тридцать второго уровня. Просто случайно проезжавший мимо маг. Внезапная атака – и не важно, какой у тебя уровень. В общем, от смерти нас это не спасёт. Хотя тактически, конечно, снизит её вероятность.

Задуманная нами акция “Сто тысяч магов” – акция стратегическая. Так же как и акция с ведьмами и духом Очищения. Даже если нас завтра убьют, акция продолжится. И на весах будет лежать просто смерть против смерти с возможным последующим отмщением. В случае нашей смерти она будет наполнена смыслом!

Тактические шаги очень важны, но стратегические всегда должны быть на первом плане. Поэтому я за то, чтобы двести гигаджоулей использовать на стратегическую цель, а что новое соберём – на себя.

И я думаю, уровень понадобится повысить тогда, когда мы для плетений будем нуждаться в оперировании большими энергиями. Для этого надо хотя бы бабкины книжки в голову перенести. Именно в голову, а не в принтер. К тому моменту, как мы до этого дорастём, у нас будут новые двести гигаджоулей.

Но если ты считаешь, что более полезно поднять уровень, мы можем поднять его тебе, а операцию произвести на пятидесяти тысячах людей. Это тоже огромное количество.

– Нет, я с тобой согласна. Если нас убьют, то хотелось бы, чтоб не напрасно. Я думала, может, так будет гарантия, что нас не убьют. Пока лучшего плана нет, давай следовать первоначальному.

Мы шли по лесочку между полями. До Центра оставалась ещё пара километров, как вдруг Света упала. Её аура стремительно темнела. Я присел над ней и, держа её голову, огляделся. Вокруг никого не было. Попытался достучаться до Риты, но в этот момент у меня поплыло перед глазами.

Падая, я успел только выставить вперёд руки, чтобы не завалиться на Свету и не зарыться лицом в землю.

Сознание начало меркнуть. “Что-то это входит в привычку”, – подумал я, перед тем как отключиться.

Боль. Адская боль вывела меня из небытия. Чёрный огонь горел во мне, в голове и в груди. Я плавал в какой-то огненной луже. Ног и рук я не чувствовал, только голову и грудь.

Я пытался вздохнуть, но тогда огонь проникал в лёгкие и я терял сознание. Затем я снова приходил в себя в этом огне.

В какой-то момент я увидел фигуру огромного чёрного дракона. Дракон сидел ко мне спиной и что-то жрал. Я слышал, как он дышит, как воздух со свистом шумит на выдохе и низко гудит на вдохе.

Неподалёку от дракона было чёрное огненное озеро. В нём сидело другое чудовище. Из воды торчали два огромных глаза, размером с грузовик, а также часть передней челюсти с акульими зубами в несколько рядов. У этого чудовища на глазах были ресницы. Каждая ресничка была толщиной с хорошую арматуру и по составу, пожалуй, тоже была из стали. Это чудовище также что-то жрало.

Хруст от их общего жевания стоял невообразимый. Рук и ног я не чувствовал, голову повернуть не мог. Поэтому только переводил взгляд с дракона на чудище. Потом я, кажется, снова потерял сознание.

Очнулся от боли в щеке. Я лежал лицом вниз в какой-то чёрной грязи. Кругом была ночь. Подо мной ощущалось что-то мягкое. Тело? Я попытался пошевелить руками. Руки, которые я не чувствовал до этого, будто проснулись, и адская боль проснулась вместе с ними. Я закричал, но услышал только слабый хрип, вырывающийся из моего горла.

Где это я? Нас атаковали? Кто?

Я собрал всю волю в кулак, стиснул зубы и попытался приподняться.

Чёрт! Как же больно!

Болела, горела каждая клеточка организма.

Я напрягал мышцы рук, пытаясь оттолкнуться от земли, и в какой-то момент центр тяжести сместился и я скатился с тела, на котором лежал. Перед глазами было звёздное небо. И чёрный дым. Разве можно ночью понять, что дым чёрный? Но этот дым светился чёрным.

Ведьмы, что ли, на нас напали?

Я вновь потерял сознание.

Чья-то рука сжимала моё лицо. Пальцы выдавливали глаза. Было больно. Кажется, один глаз вытек. Я снова очнулся от боли. Преодолевая боль в руках, схватил чужую руку и оторвал от своего лица. Пальцы на этой руке были в крови.

В какой-то момент я понял, что вижу эту руку не зрением, а аурным зрением. А глаз у меня нет: эта рука их выковыряла.

– А-а-а! – захрипел я и отшвырнул эту руку прочь.

Рука шевелилась и ощупывала пространство рядом с моим лицом. Я оттолкнулся ногами и откатился, перевернувшись на живот.

Внутри всё горело. Я стал осматриваться вокруг аурным зрением, и первое, что я снова увидел, – это рука, которая судорожно сжимала и разжимала пальцы. Грязь под пальцами разлеталась в стороны. Где-то в этой грязи мои глаза.

Рука заканчивалась в каком-то тёмном облаке. Нет, это не рука, это человек в этом облаке. Человек высунул руку из него и пытается выбраться.

– Драко! – прохрипел я.

Драко не откликался. Я подполз к этой руке и потрогал её. Она схватилась за мою руку мёртвой хваткой. Человек пытался выбраться из облака.

Я напряг все силы, боль в руках и ногах была жуткой. Глаза, вернее, то, что вместо них, проводили боль от лица внутрь головы. Там эта боль преобразовывалась в расплавленный металл и стекала по позвоночнику.

А-а-а! Я потянул за руку.

Мне удалось вытащить из облака плечо, и за ним показалось лицо человека. Глаза светились чёрным светом сквозь закрытые веки.

Я знал этого человека, но не мог вспомнить, кто это. Снова собрав все силы, я встал на колени и начал тянуть за руку, вытаскивая человека из облака.

Облако пыталось затянуть его обратно. Нет. Её. Это была она. Кто она?

Попытки вспомнить, вообще попытки думать приводили к физической боли, поэтому я сконцентрировался только на действиях.

Я схватил его, нет, всё-таки её за подмышки и вытащил из облака. Чавкнуло, будто болото отпустило свою жертву. Облако скукожилось и стало уходить под землю.

Я взял её голову в руки. У меня было ощущение, что я уже это делал, но когда? Я не помню.

Мне надо было кого-то позвать?!

– Рита! – прокашлял я. – Рита, Драко! Мать вашу!

Кто такие Рита и Драко? Рита живёт внутри этого человека, а Драко внутри меня. Я чувствую обоих. Но они не откликаются. Зачем они мне?

Я отделил от себя кусочек энергии и влил в её голову. Глаза под веками засветились ярче. У меня не было больше энергии, но я собрал ещё крохи, выжал их! И влил ещё.

Веки начали открываться, а я стал заваливаться, теряя сознание. “Что-то это входит в привычку”, – всплыла в моей голове чья-то мысль.

Я лежал на спине. Моя голова была на чьих-то коленях. Кто-то держал мою голову на коленях. Человек из облака.

– Ты кто? – спросил я мысленно.

– Это я! – ответила она.

– Кто “я”?

– Та, с которой ты обручился. Ты забыл?

– Я помню. Это было в лесу. Колдун. И Она. Ты? Как её зовут? Как тебя зовут? Почему у тебя чёрные глаза?

– Усни, милый.

Она стала гладить мои волосы, щёки. Откуда-то выплыла старая колыбельная.

– …Он ухватит за бочок и потащит во лесок…

– Это я пел. Тебе?

– Мне, – ответила она.

– Спой ещё.

– …И потащит во лесок, под ракитовый кусток…

В следующий раз я очнулся вечером. Глаз у меня не было, но я знал, что сейчас вечер. Я всё так же лежал у неё на коленях.

– Я знаю твоё имя. Где мы?

– В лесу. Я уже думала, ты не очнёшься. Здесь много магов. Нам бы надо уйти отсюда. Ты сможешь встать?

– Наверное.

– Пойдём, – сказала она.

Руки и ноги у меня продолжали гореть, но эта боль не была такой ужасной, как раньше. Я встал, сделал шаг, потом второй.

– Дальше будет легче.

Что-то пролетело мимо меня.

– Что это?

– Это Шип, милый. Не обращай внимания. Просто Чёрный Шип. Пошли?

Она вела меня за руку. Иногда оборачивалась и бросала назад Чёрный Шип. Я не видел дороги и постоянно спотыкался. Она придерживала меня. Иногда я что-то говорил и мы смеялись.

Какие-то тени следовали за нами, но после пары-тройки Шипов отстали.

Через несколько часов мы пришли. Какая-то коробка с дверями.

– Ложись сюда, – сказала она, – мы сейчас поедем.

– Куда?

– Домой.

– А где наш дом? – спросил я.

– А там, где мы вместе, там и наш дом, – ответила она.

Она достала из какого-то ящика что-то, разломила это пополам и дала мне. Это разбудило во мне голод, нет – Голод. Я впился зубами в еду и стал жевать.

Я понял, что голод мучил и её. Она так же жадно глотала свою половину.

Когда мы доели, она сказала:

– Потерпи немного, скоро будет много еды.

Закрыла дверь, перелезла через спинку сиденья, и мы поехали.

Ехали мы недолго. Гораздо меньше, чем шли. Потом остановились.

– Я скоро приду, подожди. Подождёшь?

– Да.

Она ушла, а я лежал и думал: “Как хорошо, что я знаю её имя!” И с этой мыслью уснул.

Когда я проснулся, мы опять куда-то ехали. Я привстал, и мне снова захотелось есть.

– Рядом с тобой пакет, возьми из него что-нибудь, – возникла в голове её мысль в ответ на мою.

Пакет не было видно аурным зрением, я перешёл на другое и нашёл его.

– Суть? Это Суть. Я помню.

– Ты вспомнишь всё. Не волнуйся.

– Я не волнуюсь. Мне хорошо. Еда. Ты рядом. И осциллограф тут удобный. Я придумал, как сделать печатную плату для моих операционных усилителей. Надо сплести её из смеси коричневой Маны и Черни. Эта смесь будет иметь нулевую проводимость. Только надо ещё подумать, потому что плоские печатные платы здесь не имеет смысла делать, здесь нужен объёмный их аналог.

От насыщения мне стало хорошо. Глаза не болели. Я их не чувствовал. Я лёг на спину и уснул.

Меня разбудили судороги Драко.

– Драко! Мать твою! Не мешай спать!

Драко затих. Но задёргалась Рита.

– Вы что, сговорились? – рассердился я.

– Они приходят в себя, – объяснила Она.

– Я помню твоё имя!

Она засмеялась.

– Ну, скажи его!

Я попытался вытащить это имя из памяти. Я знал, я помнил его. Но достать не получалось. Этим именем была закрыта вся моя память. Я потянул за него, мне надо было его вытащить. Я тянул, тянул…

– Бабка за дедку, – возникла в голове её мысль.

– Не подсказывай! – фыркнул я.

– Внучка за бабку, – не послушалась она.

– Вытащили Светку!

Память обрушилась на меня, и я потерял сознание.

Очнулся снова от голода.

– Свет! Света! Ты где?

Света спала рядом. Я тихонько сел, покопался в пакете с едой и начал жевать. В основном в пакете была колбаса. Я жевал её прямо со шкуркой, жевал, пока на мою ногу требовательно не наступили.

Я поглядел зрением, которым видно живые существа, это был Степан. Он смотрел на колбасу, а лапой впускал и выпускал когти в мою ногу.

– Вот тебе кусочек. Лопай!

Наевшись, я прилёг рядом со Светой и уснул.

Второй Центр Омска

Утром меня снова разбудил Драко. Я отправил ему недовольную эмоцию. В ответ он плеснул в меня потоком эмоций, сформулировав ими нечто вроде “я тут работаю, а они недовольны!”.

Хочется написать “я открыл глаза”, но их не было. Я включил зрение.

– Света! Ты где?

– На улице. Спускайся!

Я потыкал руками в поисках дверной ручки, открыл дверь и спрыгнул на траву. Аурное зрение – плохая замена обычному, но жить можно. Я потрогал свои глаза. На их месте была повязка.

– Не трогай, а то опять кровь пойдёт. Драко или Рита придут в себя и полечат тебя. Сейчас тобой занимается мой лечебный конструкт, но он работает медленно. Слабенький.

– Что произошло? Нас атаковали? – спросил я.

– Ты же сам мне всё объяснил, а теперь не помнишь?

– Сперва ты упала. Я попытался позвать Риту, потом у меня поплыло перед глазами. Потом начался какой-то трэш. Монстры, чернота, рука чья-то. Потом мы куда-то шли, ты швырялась Шипами. Всё.

– А как мы Драко и Риту Синевой накормили, помнишь?

– Да.

– Когда ты один из первых разов очнулся, ты мне про них всё объяснил. Этого не помнишь?

– Нет.

– Ты сказал, что для их жизни теперь требуется гораздо больше энергии, нежели у них есть и у нас есть. Они стали непроизвольно забирать энергию у нас из аур и оглушили нас. Но поскольку процесс продолжился, то они забрали всё из аур, а потом стали забирать из внешней среды. На месте того леса теперь сплошное чёрное месиво.

– А в кого ты кидала Шипы?

– На это всё веселье подтянулись маги посмотреть, что происходит. Их было четыре или пять. Я их убила. Или не убила. Не знаю. В общем, они отстали. Не атаковали нас, думаю, из-за страха, что мы чёрные.

– Мы чёрные? – удивился я.

– Посмотри на свою ауру.

Я посмотрел. Аура была… нет, не чёрная. Тёмно-серая.

– Это, видимо, потому, что Драко сожрал вместе с аурой маскировочный слой Черни?

– Вот именно так ты мне и объяснял это в первый раз.

– Я не помню. – Я разглядывал ауру. – Она не чёрная, она серая.

– Да, я попробовала, можно поглощать и Чернь, и Жизнь. Набираешь больше Черни – чернеешь. Набираешь больше Жизни – белеешь. И Драко с Ритой такие же.

– Хорошо, что мы Степана не взяли с собой! Храна мы не собирались кормить Синевой. Стёпа мог во всей этой вакханалии пострадать.

– И это уже ты говорил.

– Да не помню я! Может, ещё вспомню. …Чёрт, мне нужны глаза! Так плохо без зрения!

– А что случилось с твоими глазами? Я спрашивала, но ты толком не объяснил.

– Фигня. Несчастный случай.

– Вот так ты и говорил.

– Ладно, ты всё равно посмотришь в мыслях. Ты билась в конвульсиях и зацепила рукой. До свадьбы заживёт, фигня. Не расстраивайся. Меня сейчас волнует больше всего два вопроса. Когда Драко и Рита придут в себя? И что теперь мы будем делать с маскировкой?

– Судя по тому, что они перестали влиять на окружающую среду, то придут в себя скоро.

– Драко мне там что-то намекал, что он работает. Сейчас опять не откликается.

– И Рита тоже.

– М-да, провели экспериментик. Но теперь мы знаем, что будет, если нажраться Синевы… Вперемешку с Чернью. А мы где сейчас?

– Где-то под Омском. Просто какой-то лес. Тут недалеко автозаправка, я на ней купила еду. Кругом поля, а это лесополоса между полями.

– Ты говоришь, меня лечит конструкт? Что-то я его не чувствую. А… вот нашёл! …Слушай, я его вижу! То есть аурным зрением вижу. И ячейки вижу!

– Да, – сказала Света. – И ячейки какие-то другие. Не такие, как раньше. Я не могу пока посмотреть характеристическое число на втором уровне, а на первом у меня и тебя по одиннадцать. Хотя я не чувствую, чтоб энергоёмкость ауры уменьшилась. Кажется, что наоборот – увеличилась.

– Наверное, это из-за перестройки на черноту. Сложность упала. Но энергоёмкость, похоже, правда не снизилась. Ладно, потом подумаем. Пошли есть. Я так отвык от чувства голода, пока Драко был в сознании.

…

Мы прожили в этом лесочке около десяти дней. Драко и Рита пришли в себя на четвёртый день. Драко сразу взялся за моё лечение, но вылечить обещал не ранее чем через месяц! Глаза, видимо, более сложный инструмент, чем рука.

– Что-то в последнее время входит в привычку у меня калекой жить.

– Хорошо, что эта Чернь ещё нас не убила! – заметила Света.

– Через месяц уже будет середина осени. Что-то не улыбается сидеть здесь столько времени. Давай продолжим, что там мы делали? Съездим, посмотрим на Центр-2. Мы так и не поглядели. Я сильно ужасно выгляжу? Меня можно на переднее сиденье посадить?

– Надо бинты поменять, чтобы без крови были, – ответила Света.

Я представил бинты, отрывающиеся от плоти, и меня передёрнуло.

– Не волнуйся, отмочим. Не будет больно. Заодно я погляжу на твои глазки.

Процедура смены бинтов заняла почти целый день. И выехали мы из лесочка только следующим утром.

Как оказалось, мы отъехали от Центра совсем недалеко. Оставили машину примерно там же, где в прошлый раз, и потихоньку пошли к Центру.

– Погоди.

Я собрал слои вокруг ауры. Заполнил внутренний Маной, оставил слой без Маны, затем сделал слой с Чернью. Слой с Синевой уже не нужен. Раньше мы использовали его как защиту от Черни, теперь она не наносит вреда. Внешний слой заполнил Жизнью. Получилась примерно такая же маскировка, как и была раньше.

– Надо бы поглядеть, как без слоя Синевы будет на неё реагировать их сигнализация, – сказала Света.

– Давай тогда пока восстановим этот слой.

Мы остановились и снова переделали маскировку.

За всеми этими делами мы дошли до погубленного леса. В лесу работала какая-то техника, а сам лес был огорожен временным забором. Мы обошли всё это стороной. Ещё через двадцать минут мы были в лесополосе, примыкающей к Центру.

Центр здесь был такой же, как в Мурманске. Защищённый в числе прочего и для доступа из-под земли. Конструкты натыкались на сильнейшее затухание и не могли преодолеть преграду.

Иллюзия показывала какую-то древнюю нерабочую трёхэтажную фабрику, окружённую забором. На самом деле это было тоже трёхэтажное здание, окружённое защитой.

– Ну что, давай попробуем птичек? – предложил я.

– Давай, только тут не голуби – я видела одних воробьёв и ворон.

– Наверное, нет разницы.

Я поискал конструктом вокруг себя и нашёл воробья, сидящего на ветке прямо над нами. Потянулся к нему в ауру и заглянул в его сознание. Я излучал любопытство и спокойствие. Чуть напрягшись, мне удалось увидеть парня и девушку, стоящих под деревом. Я наклонил голову, чтобы их разглядеть. У парня на голове была странная повязка.

А, ну да, это же я себя и вижу!

Я поглядел в сторону Центра. Там вкусные зёрна рассыпаны по крыше! Мне очень захотелось их поклевать. Я взлетел, поспешил к Центру, но, когда оставалось всего пятнадцать метров до вожделенной крыши, дыхание моё перехватило и я камнем упал вниз. Последнее, что я увидел, – это труп вороны примерно в том же месте, куда падал и я.

– Нет, птица тут не пройдёт. Там вон, – я показал пальцем, – множество мёртвых птиц, пытавшихся перелететь через этот барьер.

Я коснулся сознания Стёпы.

– Стёпа, а ты можешь сожрать эту защиту?

Стёпа отвернулся, сделал вид, что вопрос задали не ему.

– Видимо, она ему не по зубам, – решила Света. – Попробуем телепорт?

– Да, но другой. Давай обычный, а не упрощённый. У тебя на телефоне зум есть? Попробуй сделать фото того места на крыше, куда я пытался долететь. Если получится, отойдём и откроем туда обычный телепорт. Запустим исследователя и полтергейст. Пока маги до крыши добегут, телепорт закроется.

Если фокус с фотографией иллюзии сработает, то надо будет купить фотоаппарат с телеобъективом, на будущее.

План сработал.

По-видимому, на крыше не было никакой сигнализации, поскольку никто не вышел. Мы подождали часок, а потом снова подошли к Центру. Когда связь с исследователем восстановилась, начали осматривать здание.

В здании не было ни одной живой души. Просто постройка, множество пустых комнат, шесть подземных этажей и три обычных. На всё здание лишь две магических вещи – неактивный телепорт и конструкт.

Обычный конструкт. Он летал, не обращая никакого внимания на полтергейст и на исследователя. Иногда вылетал из здания, долетал до границы защиты, очень осторожно приближался к ней, а затем возвращался и продолжал кружить.

Мы отошли, открыли новый телепорт, чтобы отправить туда более продвинутого исследователя, который умеет заглядывать в ауры.

Конструкт заметил наш телепорт, на большой скорости пронёсся сквозь него и выскочил около нас. Затем подул лёгкий ветерок и конструкт унёсся в небо.

– Ты почувствовала ветер?

– Да. Дух Ветра был заперт в этом Центре, а мы его освободили.

– Хорошо это или плохо?

– Я не знаю. На его месте остался Полтергейст-М. Пусть так и будет.

Мы зашли в зону связи с полтергейстом, оставили ему указание дежурить около телепорта и перейти в него сразу, как только он откроется.

Полтергейст не стал дежурить, а просто напитал телепорт энергией и перешёл. Куда-то перешёл.

– М-да, что-то я стал тупее своих конструктов.

– И бинт можно было не менять, а попросить Драко его от крови очистить, – сообразила Света.

– Нам надо расслабиться. Пошли назад, здесь нам больше делать нечего. Поехали в Омск, посидим в какой-нибудь кафешке. В цивилизации.

– В таком виде?

– Кроме бинтов, ещё есть что-то во мне страшное?

– Нет.

– Натяну шапку на глаза, типа слепой, а ты меня сопровождаешь. Возьму скандинавскую палку из машины. Кстати, с палкой оно и удобнее будет.

Новый мир

Мы заняли столик в тихом кафе. Надо разложить по полочкам, что же в итоге такое с нами случилось.

– Во-первых, мы видим теперь лучше. Что творится под аурой, видно просто так, – начал я.

– Как думаешь, это такое же зрение, как у ведьм?

– Не знаю, возможно. Ведьмы лучше видели конструкты, чем маги. Я сейчас тоже их гораздо лучше вижу. Может быть, ведьмы тоже видят внутренности аур. Правда, ячейки аур по виду у них и у нас отличаются. Надо попробовать создать маскировку для конструктов, чтобы мы её видели плохо. Тогда и ведьмы будут видеть плохо.

– Ой блин, какой кошмар! – воскликнула Света.

– Что случилось?

– Я поглядела на тебя в Сути. Посмотри на меня.

– Уже видел. Это Драко и Рита так выглядят. Почти такой же сложности, как и мы. Интересно, что по ощущениям они никак не изменились. Но другой вид в Сути показывает, что изменились они сильно.

– А под ауру Драко заглядывал?

– Нет, для этого нужен конструкт, сейчас посмотрю… Так… 180-184-190. А что у Риты?

– Рита – 236-250-255. Добавь Драко Синевы, чтобы было одинаково.

– Давай и Риту и Драко доведём до двухсот пятидесяти пяти. Сейчас посчитаю количество. Так… Получается, Драко надо восемь гигаджоулей, а Рите два. Сейчас раздадим, и пусть потребляют по чуть-чуть. Чтоб без подобных казусов. Ну и надо посмотреть, какая формула теперь у нашего уровня. У меня 11-11-12, а у тебя что?

– То же самое, – сказала Света.

– Нам с тобой надо по восемьдесят шесть мегаджоулей до двенадцатого уровня. Берём и смотрим завтра на результат.

Теперь я думаю чуть скорректировать наш план про сто тысяч магов. Давай это будет план “Сто тысяч чёрных магов”?

У меня есть гипотеза, но её надо проверить. Если человека переводить в чёрное, то его уровень при этом падает где-то в два с половиной раза. Видимо, поэтому посвящение в ведьмы наносит вред и они сопровождают его проклятием: вред частично наносится проклятию и ведьма выживает. Думаю, что если сначала поднять человеку уровень до девяти, а затем посвятить в чёрное, то он получится магом с уровнем больше третьего и проклятие ему не понадобится.

Это требует проверки, но если это так, то мы можем сделать не сто тысяч магов, а сто тысяч чёрных магов. Тогда инквизиция, если решит их всех уничтожать, вынуждена будет их именно физически убивать. Забирать их энергию будет чревато для самой инквизиции.

– Сколько нам надо Синевы для нового плана? – подключилась Света.

– Сейчас посчитаю… На девять уровней потребуется девяносто восемь мегаджоулей. На сто тысяч человек нам надо девять и восемь десятых тераджоулей. М-да, это офигеть как много.

– Может, тогда выберем нечто среднее? Скажем, на каждые десять обычных магов будет один серый?

– Тогда около одного тераджоуля собрать.

– А если один на двадцать?

– Около половины тераджоуля. А один на двадцать пять – это ровно четыреста гигаджоулей. Мы сейчас немного потратили, но около половины этой суммы у нас уже есть. Когда доедем до Новосибирска, будет половина. Надо решить, делать акцию на сто тысяч или достаточно на пятьдесят тысяч?

– А сколько времени займёт сбор ещё двухсот?

– Где-то до весны, – прикинул я.

– Ну давай пока ориентироваться на весну, но при возможности постараемся провести её раньше.

– В Новосибирск нам всё равно бы надо съездить. Это большой город, над ним будет хороший урожай. Может быть, их Центр тоже ограбим. А где-то в середине пути сделаем серым и Степана. Но сперва на мышах потренируемся. Надо купить пяток мышек.

А ещё я хочу сплести телепорт из Новосибирска до дома. Для этого придётся на некоторое время разделиться. А, стоп, даже разделяться не нужно! Просто купим там жильё, в котором разместим телепорт. Плести будет 3D-принтер. Запустим, когда вернёмся домой. Удалённо.

Ещё я хочу найти такой же объект, как мы видели сегодня. Кажется, в Мурманске есть подобный. Если по дороге не попадётся подходящий, то съездим туда.

Когда этот конструкт сегодня дунул ветром, то я не видел никаких плетений. Я хочу это исследовать и научить наши конструкты такому же.

– Свой уровень поднимать будем?

– Первым делом выясним новую формулу, если она новая. Кстати, мы Драко и Риту посчитали по старой формуле. Может быть, она у них изменилась. Ладно, завтра увидим. Если что, скорректируем их синее питание.

– А всё-таки ведьмы видят не так, как мы сейчас. Это не ведьмино зрение, – задумчиво сказала Света.

– Почему?

– У них у всех было по три плетения в ауре. Ни у кого больше. Правда, мы видели их немного. А по три они все держат, поскольку не видят под аурой и ориентируются на ощупь.

– Сейчас разошлю конструкты, пусть соберут статистику. Завтра утром будем знать. И заедем сегодня в зоомагазин: нужны подопытные.

…

Вечером Света сняла с меня бинты. Вид, конечно, страшный, но глаза уже не выглядят как свежая рана, поэтому в бинтах надобности нет. Мы купили лёгкую синтетическую шапку. Я натягиваю её на глаза и так хожу с палочкой.

В одном супермаркете охранник заинтересовался, я приподнял шапочку и повернул к нему безглазое лицо. Света фыркнула в его направлении и увела меня под ручку.

В целом люди нормально реагируют. Слепой инвалид, эка невидаль.

…

– Великий прибывает завтра.

– Что-то случилось?

– У них, в Италии, да. Не у нас.

– Что?

– Покушение на него. Была поставлена магическая ловушка. Великого спас только защитный артефакт, который у него был при себе. Причём ловушек было несколько. В них попали маги из окружения Великого. На время расследования он перебирается к нам.

– Где он будет находиться?

– Кто же это может знать?

…

– Мы нашли ещё несколько коробочек. Все в вашем поместье, разрушенном в прошлом году.

– То есть роботы были задействованы уже тогда?

– Получается, так.

– В засаду кто-нибудь попался?

– Нет. Наши аналитики предполагают, что неизвестный находится сейчас где-то в Новосибирске.

– Разобрались с утратой элементаля в Омске?

– Недалеко от ловушки ведьмы творили какое-то крупное действо. Затем пропал элементаль. Телепорт был открыт с его стороны.

– То есть он всё ещё в ловушке?

– Вероятность этого, увы, мала. Когда среагировали на открытие телепорта, то туда отправилось с десяток магов из разных мест, в том числе из Италии. Остаётся только догадываться, где он теперь находится.

– Организуйте поимку нового. Нам нужно продолжать исследования!

…

– Срочные новости из Владивостока!

– Докладывайте.

– Уничтожен руководитель отделения. Магическая ловушка.

– Вы проанализировали, как диверсант попадает внутрь наших периметров?

– Наиболее вероятно, что он их не покидает.

– То есть?

– Он переходит из одного места в другое, используя наши же телепорты.

– Необходимо ввести учёт и идентификацию всех перемещающихся. Нужно срочно его изолировать.

– По расчётам аналитиков, одновременно работает шесть диверсантов. Два из них ушли через телепорты в Италию и Австралию, четыре – в России.

– Запросите мне аудиенцию у Великого.

– Есть!

…

– Нам удалось уничтожить одного диверсанта!

– Кто это был?

– Неизвестно. Дежурный в Ноябрьске заметил активацию телепорта. Поскольку никто в этот момент не переходил, он активировал артефакт поглощения Жизни. В результате работы этого артефакта телепорт и диверсант были уничтожены. Артефакт поглотил пять тысяч единиц жизненной энергии. У диверсанта, похоже, был артефакт с Чернью.

– Как это установлено?

– Артефакт поглотил около пятисот единиц Черни.

– Может быть, там была ведьма и маг?

– Возможно.

– Эти ведьмы начинают нас беспокоить. Необходимо провести с ними переговоры, выяснить, почему они вдруг активизировались. Но новости хорошие. Значит, осталось пятеро? Отлично!

Новосибирск

По дороге в Новосибирск мы заезжали во все маленькие городки и посёлки – везде оставляли конструкты для сбора Синевы, а также конструкты, которые по приказу будут грабить накопители.

Я периодически рассылаю конструкты с таким заданием, и повсюду начинаются грабежи. Думаю, что в скором времени инквизиция снова придумает, как усовершенствовать защиту накопителей, но пока можно грабить, мы будем грабить.

Попробовал одну мышку дорастить до десятого уровня, а затем вложил ей в ауру конструкт с Чернью в соотношении, примерно как у нас было в маскировке. Мышка умерла.

Только к третьей мышке я догадался провести эксперимент, который провели случайно мы. Я сделал для мышки конструкта-хранителя. Поднял мышку до десятого уровня, а конструкт – до двадцатого. Ничего не произошло. Далее я заменял конструкты на конструкты больших уровней. Результат появился на сороковом уровне конструкта. Произошло примерно то же, что и с нами. Конструкт поглотил ауру мышки, затем набрал энергии и черноты из внешней среды. Чернь попала сперва в конструкт, а потом в ауру мышки. Мышка осталась живой. Её характеристическое число снизилось всего в полтора раза. В общем, результат достигается, когда уровень конструкта скачком увеличиваешь до четырёх-пяти уровней носителя.

Если разница уровней конструкта и мышки гораздо больше, то уровень мышки падает сильнее. Изменение вида ячеек ауры происходит при разнице в уровнях более чем в восемь раз.

Таким образом, для нашего проекта можно строить конструкты, которые поднимают уровень сложности ауры человека до пяти, затем поднимают свой до двадцати. Я сделал ещё три серых мышки. Одну с изменением ячеек.

Для того чтобы Стёпу преобразовать к чёрному виду, мы остановились в лесочке неподалёку от небольшого города Барабинска.

Каждый раз, когда мы стоим долго на одном месте, Стёпа мотается по окружающему лесу. Когда мы собираемся уезжать, то приходится искать его конструктом. Иногда он ловит птичек, иногда просто лазает по деревьям.

Я научил Храна, как действовать: когда Стёпа умотает подальше, Хран нажрётся Синевы. Хран должен подняться почти до пятисотого уровня. После преобразования ауры Стёпы ему на помощь придёт конструкт с энергией, который поможет сгладить болезненность энергетического голодания Стёпы.

Не знаю, зачем так издеваться над бедным животным, но мне показалось правильным, что у Стёпы будет больше возможностей в магии.

Мы сидели на полянке и обсуждали результаты использования Синевы. Драко и Рита поднялись в уровнях до 255-256-257. Расчёт в отношении них сработал точно. Однако наш уровень остался неизменным.

– Какой уровень у нас был до перехода в черноту?

– Двадцать пятый.

– Давай попробуем количество Синевы исходя из этого? – предложила Света.

– Это около гигаджоуля на каждого. Давай.

Перед этим я снял характеристическое число вплоть до глубины восемь.

Прошло два часа, Синева растворилась в аурах, однако ничего не изменилось. Вообще.

– Странно это. У мышек уровень отлично поднимался. Я пробовал, – сказал я.

Прилетел конструкт, следивший за Стёпой, сообщил, что процесс начался. Мы стали наблюдать. Вокруг Стёпы разрасталось пятно мёртвого леса. Если в нашем случае его диаметр составил около пятидесяти метров, то Стёпа убил почти полкилометра леса. Когда пятно перестало расти, я отправил конструкт с энергией.

Стёпа очнулся, огляделся и пулей полетел в направлении машины. Увидев нас на полянке, прыгнул к Свете на колени и стал мяукать и тереться, как он трётся, когда хочет в слинг. Я сходил за слингом и усадил его туда.

– Не бойся, Стёпушка, всё хорошо! – я гладил кота, а сам смотрел в его ауру.

Характеристическое число снизилось до ожидаемых 22-23-24. Хран поднялся до 350-355-360. Хотя по расчётам должен был дойти до пятисот. Вероятно, на подъём уровня ещё влияет окружающая среда. С Драко и Ритой тоже было всё не так точно, как рассчитывалось, поэтому мы сочли это нормальным.

– Так, а почему у нас уровень не поднялся? – спросила Света.

– У меня есть предположение, но надо его проверить. Я думаю, что до этого уровень Драко и Риты всегда рос вместе с нашим. То есть поглощённая нами Синева распределялась и на них. А сейчас забирается ими полностью. Чтобы повышать наши уровни, надо, чтобы Драко и Рита на какое-то время удалялись из наших аур. Так что отправь Риту побродить по округе, а мы с тобой попробуем вернуться к дозе восемьдесят шесть мегаджоулей.

…

Новосибирск встретил нас дождями и слякотью. Выезжали из дома мы летом, а сейчас уже осень. Можно греться конструктами, но в городе это будет слишком заметно. Поэтому Света сводила меня в супермаркет и приодела теплее.

Я не видел то, что мерил. Оценивал только “удобно-неудобно”. Впрочем, я и со зрением точно по такому же критерию одежду всегда выбираю.

Квартиру сняли на улице Богаткова в многоэтажном доме. Оплатили месяц, но есть сомнения, что весь этот месяц пробудем: во всех предыдущих случаях у нас не получалось дожить до условленного срока.

Город понравился. Красивый, современный, просторный. Дожди не портили впечатление. Хотя, возможно, смотри я на него глазами, оно было бы иным. Я же глядел на него конструктами.

Степан после обращения в серого мага не вылезал из слинга. Просто не хотел, и всё. Мы надеемся, что этот шок пройдёт.

Без глаз я больше времени… проводил за компьютером. Я изучил несколько плетений из бабкиных книжек, выбрал из них плетения звука и пытался сделать магический микрофон. Действовал я в предположении, что плетение звука обратимо. То есть если на него подать звук, то возникнут колебания энергии. Я долго возился с модификацией одного из плетений, но осциллограф не показывал ничего. Это плетение чем-то было похоже на динамик. Странно, что не получилось.

Другое плетение было похоже на губку для мытья посуды. У меня не было надежд, что оно окажется обратимым, но эксперимент показал обратное. Осталось придумать, как передавать сигнал на расстояние.

Светлана нашла пять различных зданий под иллюзиями, и только вокруг одного из них была сходящаяся сетка сигнализации. Остальные, очевидно, имели какое-то другое функциональное назначение.

В каком-то из зданий должен быть телепорт, который для них почему-то очень важен.

– Как думаешь, куда он может вести? В дом к Великому? – предположил я.

– Может быть, в подземный или подводный мир Атлантиды?

– Полтергейст-М, интересно, уже видел этот телепорт? Может, он уже в Атлантиде землю обесценивает?

Мы стали объезжать точку за точкой и оглядывали их защиты, размеры, но главное – смотрели на них в Сути.

Телепорт оказался в здании на одном из островов между Бугринским и Октябрьским мостами. С берега до здания было больше половины километра, с ближайшего моста – все два. Прямое обследование конструктами было затруднено. Мы остановились около какой-то детской площадки с каруселями, сели на лавочку и стали запускать оттуда конструкты в сторону здания с телепортом.

Здание представляло собой башню. Этажей пятьдесят. Вероятно, сколько-то подземных. Иллюзия на здании показывала, что там ничего нет. Поскольку высота иллюзии и здания не совпадали, то использовать фототелепорт для перенаправления туда исследователя было затруднительно. Фотографии не сделать.

Телепорт представлял собой очень сложное сооружение, такого в Сути мы ещё не видели. Я попробовал жахнуть в Сути по нему Шипом, но никакого воздействия на него это не оказало.

Физически телепорт располагался на шестом этаже башни. Конструкты показывали, что защита у неё гораздо более серьёзная, чем где-либо. Возможно, после уничтожения телепорта в Казани они такую защиту навели. А может, она изначально тут была особенная.

Я отправлял конструкт за конструктом, а потом смотрел воспоминания, что принесли мне вернувшиеся, пытался запомнить расположение башни, телепорта в ней, чтобы представить себе её. Тут активизировался Драко и предложил помочь запомнить.

– То есть как это помочь запомнить? – спросил я у него.

Драко попытался объяснить, но я не успел вникнуть, поскольку поблизости появилось четверо магов. Они шли и тщательно всматривались в прохожих. Явно кого-то искали. Нас?

– Свет! Шухер! Мы, кажется, вляпались, – сказал я мысленно.

– Как думаешь, где мы прокололись? – послала мне мыслевопрос Света, вставая. – Пошли потихоньку. Стучи палочкой, пойдём им навстречу.

Я встал, ухватился за Свету, и мы двинулись.

– Когда сердце колотится от страха, я прошу Драко что-то с этим сделать. Он умеет успокоить.

– Я знаю.

Мы медленно шли к парковке. Света говорила вслух какую-то чушь о погоде и свежем воздухе. Она вела меня прямо на эту четвёрку.

Для достоверности я даже притушил аурное зрение. Палочка и Светина рука стали для меня не маскировкой, а необходимостью. Я шёл, сосредоточенно выбирая место для следующего шага.

Маги прошли мимо нас. Но впереди показалась ещё одна четвёрка.

– Прочёсывают, гады.

В руках у одного был артефакт, который иногда вспыхивал в аурном зрении. Маг глядел на него и шёл дальше. Артефакт вспыхнул в непосредственной близости от нас, однако никакой тревоги не поднял.

Чёртовы дюжины были готовы атаковать, но, к счастью, не потребовалось.

– Может быть, наш Шип в Сути засекли? – вернулся я к вопросу Светы.

– Тогда этот артефакт ищет необычное в Сути. Но в этом случае они бы прямо к нам бежали со всех ног.

– Надо подумать над маскировкой Риты и Драко в Сути.

Мы миновали вторую четвёрку магов, впереди показалась третья.

– А ещё, я думаю, тебе надо бы научиться прятать ауру. Совсем. Я пробовала, это возможно.

– Притвориться ходячим мертвецом? – пошутил я, когда мы прошли третью четвёрку.

– Сейчас дойдём до машины, и там, да, можно бы было притвориться мертвецом. Изображая пустую машину.

– Стёпа всё равно бы не смог. Он, кстати, почему-то не проявляет желания никого из них сожрать, хотя по уровню они тут все ему по зубам.

– Их можно сожрать? – оживился Стёпа.

– Это опасно, Стёпа, лучше не надо.

Больше магов мы не встретили. Мы немного ускорили шаг и через несколько минут добрались до минивэна. Я открыл дверь, начал было подниматься в машину, как Стёпа выпрыгнул из слинга и помчался назад.

– Чёрт! – выругался я. – Тянул меня кто-то за язык?! Что будем делать?

– Садись, поедем потихоньку. Отъедем метров на двести и там встанем. Я отправила за ним конструкт с информацией, что мы его подождём и пусть нас ищет.

Предчувствия были у меня нехорошие. Я наблюдал за Стёпой конструктом. Он нёсся за магами. Когда третья четвёрка оказалась в зоне досягаемости Стёпиной ауры, то все маги упали как подкошенные. Стёпа при этом даже не замедлил бег.

Со стороны это выглядело так: идут четыре человека, потом все четверо внезапно падают на землю. А через минуту мимо них проносится кот.

У четвёрок была какая-то связь друг с другом. Когда Стёпа добежал до второй четвёрки, то вокруг каждого из неё уже светился купол защиты. Судя по цвету – что-то из Синевы. Первая четвёрка тоже остановилась и активизировала щиты.

Вторую четвёрку постигла участь первой. Стёпа не обратил никакого внимания на защиту. Все четверо просто рухнули на землю, а через минуту Стёпа пронёсся между ними.

– Стёпа, стой! – отправил я мыслеформу. Но на таком расстоянии она не могла, конечно, его догнать. Стёпа был так увлечён охотой, что, даже если бы мы находились близко, всё равно бы не услышал.

Один из магов первой четвёрки активировал какой-то артефакт. Над ними завертелась воронка. Воронка потянулась к Стёпе, он кувыркнулся с разгону, и аура его погасла.

Другой маг бросил что-то на землю и стал вливать в это энергию.

Мы со Светой одновременно выпустили четыре Шипа в Сути по первой четвёрке. Голова каждого взорвалась – ошмётки забрызгали прохожих.

Однако плетение, запущенное магом, продолжило жить своей жизнью. Через пару минут оно дооформилось в переход и из него вышел маг. Уровень его был очень большой. Семьдесят или выше, подсчитал я с расстояния.

Маг огляделся, присел над обезглавленными, а затем двинулся ко второй четвёрке.

– Свет, давай за Стёпой! Только не спеши. Ты – прохожая! Подходишь, забираешь и уходишь. Тут сейчас будет толпа зевак. А я прикрываю. Если что, ничего не делай. Мимо этого урода только в толпе проходи. Если Стёпой кто-то заинтересуется, то даже не пытайся его подбирать!

Дорога до Стёпы заняла у Светы около десяти минут. Люди были отвлечены на двенадцать мёртвых тел, никто не обратил внимания на то, что девушка подняла кота и сунула себе за пазуху. Толпа увеличивалась. Появилось ещё две четвёрки магов.

Света остановилась у группы людей, стоящих над второй четвёркой. Восемь новых магов смешались с толпой. Кто-то из прохожих пытался выполнять реанимационные действия, кто-то просто стоял. Многие звонили в скорую, в милицию.

Света переместилась к третьей группе магов, постояла с зеваками и не спеша вернулась к машине.

– Стёпа, животное ты глупое! Давай, очухивайся! Хран, а ты что зевал? Тебе его спасать надо было!

Хран отправил набор эмоций: “Если мне не будут мешать, то будет лучше!”

Число магов вокруг детских каруселей росло. Почему-то они ходят четвёрками. Подошло ещё четыре четвёрки.

Света тронула машину. Мы отъехали на пару километров и продолжили наблюдать. Маги буквально заполонили всё вокруг каруселей. Их собралось человек пятьдесят. Пара очень серьёзных персонажей стояла в сторонке. Я не рискнул отправлять конструкт им в ауру, чтобы не увеличивать градус напряжённости.

Часть магов, приехавшая на нескольких машинах скорой помощи, грузила тела. Другая часть, приехавшая на машинах МВД, оцепила территорию и отгоняла зевак.

Стёпа в себя не приходил. Хран довёл цвет его ауры до обычного. Я пытал Драко, выуживая из его воспоминаний, что за плетение применили против Стёпы эти редиски. Поскольку запоминать задача не стояла, то, конечно, наблюдающий конструкт не запоминал, но я пытался с помощью Драко добыть из него какую-нибудь информацию.

Драко вновь поднял вопрос о том, что он может помочь мне запоминать. Я повыяснял: выглядит это так, что пока Драко находится в моей ауре, то он может свою память расшарить с моей. Я буду помнить то, что запомнил он, как будто это запомнил я сам.

Вроде бы полезная фича, но если вдруг я где-то окажусь без Драко, то все воспоминания, что я буду хранить в нём, потеряются. Надо подумать, как это применять и стоит ли применять.

Я продолжал пытать наблюдателя, и всё, что удалось из него выудить, говорило о том, что плетение как-то воздействовало на мозг Стёпы. Какой-то вид ошеломления. Кусочек плетения в свёрнутом виде всё-таки удалось восстановить.

Отправил конструкт поискать среди толпы магов похожее плетение и если найдётся, то украсть. Когда конструкт вернулся с плетением, Стёпа уже очнулся.

Я попросил Драко зарисовать плетение, принесённое вором, в базу данных, а мы отправились домой.

– Стёпа, дурашка! Видишь, чем может кончиться?

Я посмотрел характеристическое число Стёпы, оно поднялось до 23. Восемь магов от девятого до одиннадцатого уровня, и результат – плюс уровень у Стёпы.

Может быть, когда у него сам по себе рос уровень, это он охотился на магов?

…

Вытянувшись в цепочку, по городу шли маги. Интервал между ними был не более ста метров. Эту информацию принёс нам сперва один наблюдатель, затем другой…

– Что будем делать? Бежать? – спросила Света.

– Думаешь, они нас тут засекут? Там, где Стёпа буянил, ведь не заметили!

– Они же не просто так прочёсывают. Возможно, сейчас у них какие-то средства обнаружения лучшие, чем тогда были.

– Сколько минут осталось до того, как они до нас доберутся?

– С полчаса.

– Я думаю, что всех, кто сейчас выезжает из города, будут проверять гораздо тщательнее, нежели при прочёсывании. Я за то, чтобы остаться. Ты предлагала свернуть ауру? Покажи, а я посмотрю, как это выглядит.

Светлана села на диван, убрала все слои из ауры в конструкты. Потом её аура начала уменьшаться и в какой-то момент перестала быть видна.

– Вот так, – сказала Света.

– Нет времени учиться, давай на мыслесвязи я буду делать под твоим контролем.

Но мыслесвязь не работала при свёрнутой ауре. Светлана освободила ауру и показала мне, что нужно делать.

– Когда ты этому научилась?

– Когда сидела и ждала, что ты очнёшься возле Омска. Появились маги, и я от них так пряталась: маскировки ведь тогда у меня не было – пришлось срочно что-то изобретать. Кроме как полностью скрыть ауру, ничего не придумала. Потом ты очнулся – стала их Шипами угоманивать.

– А со Стёпой что будем делать?

– В кому его! Хран!

Хран забрал у Стёпы энергию, Стёпа второй раз за день свалился безжизненным кулем. Я уложил его в переноску. Света отправила Храна повисеть на высоте пару километров, я разогнал все остальные конструкты.

Затем свернул свою ауру, Света свернула свою.

– Я остался почти без зрения. Только тебя и вижу, – посетовал я.

– Потерпи часок.

Мы ждали несколько часов. Когда оцепление проходило мимо нашего дома, мы видели всполохи сканирующих плетений. Потом проходила ещё одна волна, мы продолжали притворяться предметами мебели.

– Я, кажется, знаю, как они вычисляют наш маршрут движения, – догадался я.

– Как?

– В тех городах, где мы никак не проявляем себя, мы всё равно вешаем сборщиков Синевы. Если кто-то контролирует поступление Синевы на накопителях, то он видит снижение.

– Да, и на прослушке они говорили про Новосибирск раньше, чем мы сюда приехали. То есть наш маршрут уже просчитан.

– А сегодня как они нас засекли? По попытке разрушить телепорт из Сути?

– Или какая-то сигналка засекла много конструктов.

– Нам надо менять поведение. А то уж больно мы предсказуемы.